Плач камня и прилива
 | |||
|---|---|---|---|
| Библиотека | Эйдетическая память | ||
| Коллекция | Сочинения Солстиса, часть 2 | ||
| Местонахождение : | |||
| Может быть найдена в следующих местах: | |||
Говорят, что сильнее всего морскую волну любит ждущий ее берег. А твердую сушу — прилив, что о нее разбивается.
Такой была любовь Потим и Таны-Сей.
Потим родилась в суровом племени каменных-гнезд. Она была верной и надежной. Жизнь с ее ежедневными хлопотами вполне устраивала Потим, хотя порой она бывала тиха и задумчива.
Быть может, она прислушивалась к голосу Камня. А может, чего-то ждала.
Свободолюбивая Тана-Сей была из поселения рожденных-приливом. Она ухаживала за рифами и отмелями, откуда часто приносила небольшие сокровища — дары, ниспосланные океаном. О Тане-Сей говорили, что ей вечно не сидится на месте, что она будто ищет что-то — а что, и сама не знает.
Судьбе было угодно, чтобы Потим и Тана-Сей встретились.
Тана-Сей была храброй. Такова была ее сущность. Однако храбрость часто граничит с безрассудством. Однажды аргонианка заплыла далеко в море, оставив позади и знакомые рифы, и теплое мелководье.
Другие пловцы уже повернули назад, завидев на горизонте тяжелые грозовые тучи. Но Тана-Сей ничего не замечала: ее взгляд был устремлен в глубину, где она надеялась отыскать невиданное доселе сокровище.
Волна обрушилась на нее, захлестнула с головой, швырнула на острые скалы. И наступила темнота.
На следующий день Потим собирала целебные травы неподалеку от берега. Она свернула с привычных тропинок и забрела дальше, чем обычно. Вскоре она услышала, как волны с шумом бьются о камни. Это означало, что пора возвращаться — на берегу ей было делать нечего.
Тогда-то она и увидела ее — Тану-Сей.
Красавица-аргонианка в одежде странного покроя лежала на берегу без сознания. Потим бросила свою корзинку и подбежала к ней. Она опустилась на колени, приподняла голову несчастной и нежно провела рукой по ее чешуе.
Тана-Сей тут же пришла в себя. Увидев сияющие глаза и изящные шипы склонившейся над ней женщины, она сумела лишь выговорить: «Ох, это ты».
С тех пор они стали неразлучны. Потим привела Тану-Сей в свою деревню, где старейшины помогли ей оправиться после того злополучного заплыва.
Тана-Сей стала сопровождать Потим — та вернулась к своим обычным делам, но в глазах ее появился новый, незнакомый блеск. Женщины вместе собирали целебные травы, готовили пищу для старейшин — и говорили без умолку, рассказывая друг другу о прежней жизни. Они не расставались даже ночью и были счастливы оттого, что они рядом.
Но время шло, и Тана-Сей начала тосковать по родным местам. Жизнь Потим была размеренной и полной гармонии, какой Тана-Сей прежде не знала.
Однако ей хотелось перемен. Приключений. Блеска еще не поднятых со дна сокровищ. Ей хотелось домой.
Влюбленные поговорили по душам и решили отправиться в путь вместе. Разлука казалась им невыносимой, а Потим страстно желала побольше узнать о незнакомом мире, откуда пришла ее Тана-Сей.
Поселение рожденных-приливом показалось Потим столь же чуждым, сколь ее собственная деревня — Тане-Сей. Здесь кипела жизнь, лишенная привычного ей порядка. Детеныши с визгом и смехом носились среди соленых брызг. Хранители отмелей ухаживали за покачивающимися на волнах кладками. Каждый день Тана-Сей убегала на берег и ныряла в воду, чтобы узнать, какие дары принес за ночь прилив.
Сперва Потим была очарована тем, как ловко ее возлюбленная лавирует среди течений. Тана-Сей и без того была прекрасна, но счастье, которое она испытывала в родной стихии, преображало ее совершенно.
Сама Потим тоже не сидела без дела, пока ждала возвращения Таны-Сей. Она чинила сети, разделывала и готовила рыбу, присматривала за детенышами. Однако раз и навсегда заведенного порядка в поселении не было. Новый день не походил на предыдущий. Иногда работы оказывалось слишком много, а иногда — слишком мало.
Потим поймала себя на том, что ждет от каждого дня лишь одного: чтобы он поскорее закончился и Тана-Сей вышла из воды и обняла ее.
Эту перемену заметила и сама Тана-Сей.
«Тебе здесь плохо, да?» — спросила она однажды.
«Когда ты рядом, мне хорошо», — ответила Потим.
«Но мы не можем быть рядом всегда».
«Нет», — вздохнула Потим.
«Значит, тебе не будет хорошо, — сказала Тана-Сей, и на глазах у нее выступили слезы. — Будешь ли ты ждать меня, даже если тебе от этого плохо?»
«Я как Камень, — ответила Потим и сжала чешуйчатые ладони возлюбленной в своих. — Я умею ждать».
Так и поступила терпеливая Потим. И хотя она была стойкой, как Камень, время точит даже камни. Каждый день она ждала Тану-Сей у воды. А Тана-Сей, которая раньше беззаботно резвилась среди волн, теперь всё чаще возвращалась мыслями на сушу, к возлюбленной. Впервые в жизни Тану-Сей неудержимо тянуло на берег.
Доподлинно неизвестно, что именно случилось дальше, но любовь двух аргонианок пережила их самих. Потим медленно рассыпалась в ожидании. А Тана-Сей все стремительней и яростней бросалась на берег, хотя и знала, что ее соленые объятия несут возлюбленной лишь разрушение. Однако расстаться они уже не могли. Совершенно несхожие, обреченные вечно соединяться и отдаляться, прилив и камень радуются каждой новой встрече.
Говорят, что, когда волна набегает на песок, можно услышать их тихий, счастливый смех.